Друзья и дружба
Раньше мы так делали
Листки для записи вешали в понедельник. А в четверг, ровно в половине четвёртого, снимали. Вот и вся система.
Слева — ПОДЕЛКИ ПО ЧЕТВЕРГАМ. Справа — ГИМНАСТИКА. Новенькая, только с этой четверти.
А посередине на верёвочке висела ручка. Одна на двоих. И верёвочка у неё была коротковата.
Алиса ходила на поделки каждую четверть, с самого первого класса. Её картонный кран с прошлой четверти до сих пор стоял на полке у зала. Ни разу ничего не поднял.
С Любой они всегда записывались вместе. Первыми. Одно имя, под ним другое. Каждый раз.
Первая строчка пока была пустая. А ручка — у Алисы.
А на правом листке, на третьей строчке: ЛЮБА.
Любиным почерком. Л обведена два раза — с первого вышла тоненькая.
Имя стояло там с обеда.
Алиса прочитала его. Потом два имени над ним. Потом опять его.
Сама Люба стояла в самом конце коридора, у дверей. Куртка надета наполовину, одна рука ещё лезет в рукав.
Не торопится. Не ждёт.
Про гимнастику она не сказала ни слова. Ни за обедом. Ни по дороге на обед. Ни разу за целых четыре дня.
Мимо пробегала Тоня из другого класса. Её имя уже стояло на левом листке — пузатыми буквами, высотой в две строчки.
— А мою штуку надо держать, — сказала она. — Это мост. Он стоит, только если держат вдвоём.
И умчалась. На улице ждала мама.
По коридору шла миссис Кэррик. На руке — мешок с физкультурными манишками.
Она снимала листки в половине четвёртого. Каждую неделю. И никогда ничего про них не говорила.
Было без одной минуты половина четвёртого.
Верёвочка покачивалась. Ручка всё ещё была у Алисы.
Люба — у дверей. Ручка — у Алисы, на коротенькой верёвочке. На левом листке первая строчка пустая. На правом — ЛЮБА, третьей строчкой, с дважды обведённой Л. А миссис Кэррик уже совсем близко. Одна минута.
Что делает Алиса?
У каждого выбора своя цена. Посмотрим, какая.
Пойти с Любой на гимнастику
Алиса потянулась к правому листку — насколько пускала верёвочка. Верёвочка натянулась. Четвёртая строчка.
АЛИСА. Прямо под Любой.
Люба вернулась за бутылкой с водой, увидела и сказала самым обычным голосом:
— О! Ты тоже идёшь.
В зале пахло ногами и мастикой для пола.
Люба всё знала. Что носки не снимают. Что маты кладут вдоль стены, а не поперёк. Как зовут двух девочек из класса мисс Ито.
Алиса делала разминку на счёт позже всех. Повторяла за девочкой впереди.
К третьему четвергу Алиса делала разминку уже сама, ни за кем не повторяя.
Но была ещё очередь на скамейке: Люба, Амира, Саша — и Алиса. Четвёртая. Как на листке.
Эту очередь в тот день никто не решал. Она сложилась в первую же неделю, пока Алиса была где-то ещё. И так и осталась.
На полке у зала стоял её картонный кран. На нём — полоска малярного скотча: АЛИСА. Края уже размохрились.
Мимо него Алиса проходила два раза. Каждый четверг.
— В четверг, — сказала Люба, уже у двери.
И Алиса сказала «да». И правда так думала.
Спросить Любу про гимнастику
Алиса отпустила ручку. Тук! — ручка стукнулась о стену. Один раз.
Алиса прошла весь коридор, до самого конца.
— Ты идёшь на гимнастику?
Любина рука всё ещё лезла в рукав.
— Ага, — сказала Люба. — Я на каникулах ходила. Мне понравилось. — И потом медленнее: — Я не сказала. Ты же этот зал терпеть не можешь.
А за их спинами миссис Кэррик потянулась и сдёрнула со стены оба листка. По одному в каждой руке.
— Листки, — сказала она, ни к кому не обращаясь, и ушла.
Люба посмотрела на две пустые кнопки. Между ними висела одна ручка.
— Приходи ко мне в субботу, — сказала она. — Сделаем что-нибудь. У мамы есть нормальный скотч.
В четверг Алиса вышла за ворота в десять минут четвёртого. Вместе со всеми, кто уходит в десять минут четвёртого.
В длинном окне был виден зал: маты вдоль стены, чьи-то ноги взлетают вверх.
Дверь кружка поделок была открыта. Тоня держала один конец моста.
Другой не держал никто.
А в субботу Алиса пришла к Любе в одиннадцать. И в половине пятого всё ещё сидела там — резала картон кухонными ножницами, которые точно были не для картона. Хрусь, хрусь.
Где-то посередине Люба сказала про соревнования в марте. Ни про какие соревнования в марте Алиса не слышала.
Они резали дальше. Под конец обрезки картона валялись по всему кухонному полу. И Любиной маме пришлось есть свой тост в дверях, стоя.
Записаться на поделки одной
Алиса написала АЛИСА на первой строчке левого листка. Там, где всегда стояли два имени.
Строчка под ней осталась пустой.
Алиса отпустила ручку. Тук-тук — два раза о стену.
Через минуту миссис Кэррик сняла листок. Вместе с пустой строчкой.
— Идёшь? — позвала Люба от дверей.
И они вышли вместе. Как всегда.
Люба рассказывала про собаку, которая забежала на учительскую парковку. Алиса не сказала, куда записалась. Люба не спросила.
Про четверг — ни одна ни слова.
Список приклеили к двери кружка поделок. Одиннадцать имён.
Первая строчка: АЛИСА. Вторая: пустая. Ниже — РУБЕН, такими огромными буквами, что они залезли на следующую строчку.
Любин четверг шёл в зале, на другом конце школы. Алиса про него не слышала. И не спрашивала.
У крана были верёвочка, скрепка и крышка от банки вместо груза. И с июля он не поднял ровным счётом ничего.
Алиса передвинула скрепку на два сантиметра ниже.
Кран подцепил ластик. Оторвал от стола. И держал — пока Тоня вслух считала до десяти.