Друзья и дружба
Всем дали по одной
Марта умеет пройти всю белую полосу на асфальте и ни разу не оступиться.
Пятка, носок. Пятка, носок. До самой решётки.
Но сегодня она идёт медленно-медленно.
Потому что на низкой стенке сидит Зара. И у неё в руке что-то есть.
А в руке — стопка открыток. Приглашения на праздник. На каждой человечек подпрыгнул, поджал коленки — и так и висит в воздухе.
Марта считает. Не вслух. Шесть.
Верхнюю Зара отдаёт Бруно. Бруно читает вслух всё подряд. Даже индекс.
Пять.
Следующая — Софи. Софи складывает открытку вчетверо и запихивает в носок. Софи всё всегда прячет в носок.
Уходит — а носок хрустит: хрусь, хрусь, хрусь.
Четыре.
Марта идёт по полосе дальше. Пятка, носок.
Так близко, что слышно и число, и время. Так близко, что Зара могла бы протянуть ей открытку, даже не слезая со стенки.
Пока Марта у решётки, уходят ещё две.
Три. Две. Осталось две.
Одну — Саше. А Саши вообще нет на улице! Бруно бежит относить.
Одна.
Последнюю — чьему-то двоюродному брату из четвёртого класса. Его тут тоже нет.
Ни одной.
Зара отряхивает ладони от пыли со стенки. Хлоп-хлоп.
Зара спрыгивает со стенки и встаёт рядом с Мартой. Прямо на полосу.
И рассказывает про носки. Там нужны особенные: цепкие, с резиной на подошве. И свои приносить нельзя.
А Марта стоит, где стояла. Пятка к носку.
Шесть открыток. И ни одной не осталось. А Зара стоит рядом, прямо на Мартиной полосе, и говорит про носки.
Что сделает Марта?
У каждого выбора своя цена. Посмотрим, какая.
Спросить Зару: «А я иду?»
— А я иду? — спрашивает Марта. И смотрит не на Зару, а на полосу.
Зара замолкает. Про носки — больше ни слова.
А рядом уже стоит Бруно: отнёс открытку Саше и вернулся. Стоит так близко, что всё слышит.
— Шесть, — говорит Зара. — Мама сказала: шесть.
Говорит быстро. И сразу смотрит на решётку.
Бруно тоже смотрит на решётку. На полосу не смотрит никто.
А Марта за всю перемену ни разу с неё не сошла.
После уроков Зара идёт с Мартой до самых ворот. И опять объясняет про цепкие носки.
Объясняет долго. Дольше, чем вообще можно говорить про носки.
Марта её не перебивает.
В субботу Марта точно знает, во сколько всё начинается.
В половине третьего, как раз когда там начинается, она едет с дядей в автобусе. В бассейн.
А в рюкзаке у неё — свои носки.
Промолчать и идти дальше
Марта не сходит с полосы. Пятка, носок. Пятка, носок.
Зара договаривает про носки и уходит искать Софи.
Дзынь! — звонок.
И больше ничего. Совсем ничего.
Вторник. Марта смотрит Заре на руки, когда та заходит в класс. Пусто.
Среда. Опять пусто.
Четверг. Мимо хрустит Софин носок. Хрусь, хрусь.
Пятница. Марта всё равно кладёт в сумку самые цепкие носки. Достаёт. Кладёт обратно.
Понедельник. Все говорят про батуты — разом, перебивая друг друга.
Кто-то влетел в мягкий бортик. Чей-то брат ревел.
Марта сидит с краю стола и узнаёт всё. Сразу всё.
На перемене полоса мокрая. Марта всё равно идёт.
Пятка, носок. До самой решётки — и ни разу не оступилась.
Разворачивается у решётки — одна нога уже в воздухе — и идёт обратно. Пятка, носок.
Ботинки мокрые. А она опять ни разу не оступилась.
Сказать Софи: «Я в тот день занята»
Марта находит Софи у забора.
— Я всё равно не могу, — говорит она. — Мы едем к дяде. У него лодка.
Лодка у дяди правда есть. С дыркой. И стоит на кирпичах. Но про это Марта молчит.
К концу обеда про лодку знают уже трое.
Бруно спрашивает: а она большая?
Софи спрашивает: а можно мне с вами?
А Зара сидит на стенке и не спрашивает ничего.
В субботу утром Марта ведёт Софи смотреть лодку.
Лодка стоит во дворе на кирпичах. А сзади у неё дырка — рука пролезает.
Софи — раз! — и просунула туда руку.
Почти всё утро они сидят в лодке на кирпичах.
Дядя выносит ведро. И они вычерпывают дождевую воду — ей ведь больше некуда деться.
Шлёп — за борт. Шлёп — ещё.
В понедельник Зара подходит к Марте у ворот. Спрашивает: а лодка плавает?
Марта рассказывает про дырку.
Тогда Зара говорит: мама сказала — шесть. Говорит быстро. И сразу опять спрашивает про дырку.